Будапешт 1956 года:
осень красного цвета

Советские танки в Будапеште 56

Согласно Парижскому мирному договору стран антигитлеровской коалиции СССР получил право держать на территории Венгрии свои вооружённые силы, однако был обязан их вывести после вывода войск союзников из Австрии. Войска союзников были выведены из Австрии в 1955 году.

4 ноября 1945 года в Венгрии были проведены всеобщие выборы, предусмотренные Ялтинскими соглашениями. На них 57% голосов получила Независимая партия мелких хозяев и лишь 17 % — коммунисты. Однако контрольная комиссия, которая возглавлялась советским маршалом Ворошиловым, отдала победившему большинству только половину мест в Кабинете министров, а ключевые посты оставались за Венгерской коммунистической партией. В результате в 1947 году коммунистическая ВПТ (Венгерская партия трудящихся) путём террора, шантажа и махинаций на выборах стала единственной легальной политической силой. Оккупационные советские войска стали силой, на которую опирались венгерские коммунисты в своей борьбе с оппонентами.

1312478586 4

Ма́тьяш Ра́коши (венг. Rákosi Mátyás),
урождённый Ма́тьяш Ро́зенфельд (венг. Rosenfeld Mátyás,
родился шестым ребёнком в бедной еврейской семье 9 марта 1892 года Ада, Королевство Венгрия, Австро-Венгрия — 5 февраля 1971 года, Горький, РСФСР, СССР)

В начале 1950-х годов социалистической Венгрией руководил Матьяш Ракоши. В годы Первой мировой войны воевал на Восточном фронте, где попал в плен, и вступил в Компартию Венгрии.

Вернулся в Венгрию, участвовал в правительстве Белы Куна. После падения Венгерской советской республики эмигрировал в Австрию, был арестован и через девять месяцев выслан из страны. В 1934 г.предстал перед венгерским судом по обвинению в преступлениях, совершенных в период советской республики, и приговорен в 1935 г. к пожизненному заключению в каторжной тюрьме.

Во время Второй мировой войны, когда власть в официальном Будапеште представлял профашистский режим Миклоша Хорти, Ракоши сидел в тюрьме. В октябре 1940 г. Сталин выменял его у хортистов на старые венгерские знамена, захваченные Россией при подавлении венгерской революции 1848-49 гг. В феврале 1945 г. Ракоши вернулся в Венгрию вместе с советскими войсками и возглавил Компартию Венгрии. В 1947 году принудил социал-демократическую партию к объединению с КПВ в единую Венгерскую партию труда (ВПТ), генеральным секретарём которой и был избран.

Ракоши оказался столь впечатлен хозяином Кремля, что в дальнейшем слепо копировал его методы руководства: установил личную диктатуру, проводил насильственные индустриализацию и коллективизацию, подавлял любое инакомыслие, боролся с католической церковью. В стране свирепствовали органы госбезопасности: из ни в чём не повинных людей пытками выбивали признания в не совершенных ими преступлениях. Госбезопасность (AVH) насчитывала в штате 28 тыс. чел. Им помогали 40 тыс. информаторов. На миллион жителей Венгрии AVH завела досье — более чем на 10 % всего населения, включая стариков и детей. Из них 650 тысяч подверглись преследованиям. Около 400 тыс. венгров получили различные сроки тюремного заключения или лагерей, отрабатывая их в основном в шахтах и каменоломнях.

С конца 1940-х гг. Ракоши развязал кампанию против сионистов (несмотря на своё еврейское происхождение), устранив при этом своего политического конкурента — министра внутренних дел Ласло Райка. В мае 1949 г. Л. Райк (нееврей) и одновременно — свыше 200 коммунистов с довоенным стажем были арестованы. На процессе Райка и его мнимых сообщников (сентябрь 1949 г.), первом и самом большом из показательных процессов, направленных против потенциальной оппозиции в рядах коммунистических партий Восточной Европы, впервые зазвучала тема «всемирного сионистского заговора» — пока как второстепенный пункт обвинения против двух подсудимых евреев, Тибора Соньи и Андраша Салаи. Райк и многие другие обвиняемые были казнены.

Экономическая ситуация в стране осложнялась ещё и тем, что Венгрия, как союзник Германии по Второй мировой войне, была обязана несколько лет выплачивать СССР, Чехословакии и Югославии контрибуцию, иногда доходившую до четверти национального продукта. В 1952 году реальная заработная плата рабочих и служащих была на 20%, а доходы крестьян — на одну треть ниже, чем в 1949 году.

1312478581 12В 1953 году, когда Сталин ушел из жизни, зашаталось и кресло под Ракоши — новая московская власть посчитала его излишне фанатичным. Это привело к тому, что на пленуме Центрального руководства ВПТ 27—28 июня 1953 года Матьяш Ракоши был подвергнут критике и заменён на посту главы правительства другим венгерским коммунистом, Имре Надем. Пост генерального секретаря был заменён постом первого секретаря ВПТ, который сохранили за Ракоши. Имре Надь остановил масштабную индустриализацию, затеянную предшественником, понизил цены на продукты и тарифы для населения, добился возвращения венгерских пленных, воевавших против СССР. Капиталовложения были направлены на развитие лёгкой и пищевой промышленности. Была проведена амнистия, прекращено интернирование и запрещено выселение из городов по социальному признаку. Было ослаблено давление на сельское хозяйство, были уменьшены налоги, увеличены зарплаты, либерализированы принципы землепользования, прекращены политические репрессии. Это сделало его популярным среди простых венгров.

Сворачивание индустриализации и кооперирования в сельском хозяйстве вызывали резкую критику со стороны Ракоши и его приверженцев. В конце концов, Матьяш Ракоши, использовав привычные средства закулисной борьбы, сумел одержать победу над соперником, которого немалая часть трудящихся уже считала символом новой политики, гарантом лучшей жизни. В итоге 18 апреля 1955 года Имре Надь был смещён с поста премьер-министра и исключён из ВПТ.

В мае 1955 года между СССР и Австрией был подписан мирный договор, согласно которому Австрия стала единым нейтральным самостоятельным государством, из которого были выведены союзнические оккупационные войска. В Венгрии советские войска находились с 1944 года. 14 мая 1955 года социалистические страны заключили Варшавский договор о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи, что продлило пребывание советских войск в ВНР.

Новый глава венгерского правительства Андраш Хегедюш был молод и не имел влияния в партии, и партийное руководство (Ракоши, Герё, Фаркаш) продолжило сталинистский курс во всех отраслях общественной жизни. Среди широких слоёв венгерского народа это вызывало недовольство. Весной и летом 1956 года требования умеренной оппозиции еще сводились только к возвращению на пост популярного «народного премьера» — Имре Надя и продолжению его демократических реформ — под руководством компартии. СССР сделал вид, что поддался давлению: в июле Ракоши сместили, и партию возглавил… Эрнё Герё (бывший министр госбезопасности) — в консерватизме не уступавший своему предшественнику.

Смерть Сталина и выступление Хрущёва на XX съезде КПСС вызвали к жизни попытки освобождения от коммунистов во всех восточноевропейских государствах, одним из наиболее ярких проявлений которых стала реабилитация и возвращение к власти в Польше реформатора Владислава Гомулки. Вызвавшее большой резонанс Познанское восстание в июле 1956 года в Польше привело к росту критических настроений и среди венгерского народа, особенно в среде студенчества и пишущей интеллигенции. С середины года начал активно действовать «Кружок Петёфи», в котором обсуждались самые острые проблемы, встающие перед Венгрией.

К концу октября накал общественного недовольства достиг критической точки. 16 октября 1956 года студенты университета в Сегеде организованно вышли из прокоммунистического «Демократического Союза Молодёжи» (венгерского аналога комсомола) и возродили «Союз Студентов Венгерских Университетов и Академий», существовавший после войны и разогнанный правительством. В течение нескольких дней отделения Союза появились в Пече, Мишкольце и других городах.

22 октября к этому движению присоединились студенты Будапештского университета строительной промышленности, сформулировавшие перечень из 16 требований к органам власти (немедленный созыв внеочередного партийного съезда, назначение Имре Надя премьер-министром, вывод советских войск из страны, снос памятника Сталину и др.) и запланировавшие на 23 октября марш протеста от памятника Бему (польский генерал, герой Венгерской революции 1848 г.) до памятника Петёфи.

1956 hungarian revolution demonstration29 Oct23 RakocziUtВ полдень 23 октября, когда уже шла подготовка демонстрации, посол СССР в Венгрии Ю. В. Андропов направляет в МИД свою последнюю в канун событий телеграмму, в которой пишет, что «оппозиционеры и реакция… активно подготавливают перенесение борьбы на улицу». На основании состоявшихся в предшествующие дни бесед советских дипломатов и советников с рядом партийных функционеров посол заметил: «Во всех этих высказываниях видна растерянность венгерских товарищей и, как нам кажется, известная потеря уверенности в том, что из создавшихся затруднений ещё можно выйти. Нам представляется, что в создавшейся обстановке венгерские товарищи вряд ли смогут сами начать действовать смело и решительно без помощи им в этом деле». Телеграмма Андропова была получена в Москве в 12:30, расшифрована и разослана членам и кандидатам в члены Президиума ЦК КПСС.

vengriya 3 crВ 15 часов в Будапеште началась демонстрация, в которой приняли участие, кроме студентов, десятки тысяч человек. Демонстранты несли красные флаги, транспаранты, на которых написаны лозунги о советско–венгерской дружбе, о включении Имре Надя в состав правительства и т.д. На площадях Ясаи Мари, Пятнадцатого марта, на улицах Кошута и Ракоци к демонстрантам присоединились радикально настроенные группы, выкрикивающие лозунги другого толка. Они требовали проведения свободных выборови вывода советских войск из Венгрии. Кроме этого были выдвинуты требованиявосстановления старой венгерской национальной эмблемы, старого венгерского национального праздника вместо Дня освобождения от фашизма, отмены военного обучения и уроков русского языка, сноса огромного памятника Сталину, стоящего в центре Будапешта. Всего в демонстрации приняли участие более 200 тысяч человек.

В 20 часов по радио первый секретарь ЦК ВПТ Эрнё Герё произнес речь, резко осуждающую демонстрантов.

В ответ на это большая группа демонстрантов штурмом попыталась проникнуть в радиовещательную студию Дом радио с требованием передать в эфир программные требования демонстрантов. Эта попытка привела к столкновению с оборонявшими Дом радио подразделениями венгерской госбезопасности AVH, в ходе которого после 21 часа появились первые убитые и раненые. Оружие повстанцы получили или отняли у подкрепления, посланного на помощь охране радио, а также на складах гражданской обороны и в захваченных полицейских участках. Группа повстанцев проникла на территорию казармы Килиана, где располагались три строительных батальона, и захватила их оружие. Многие стройбатовцы присоединились к повстанцам. Историк Ласло Контлер пишет, что повстанцы пользовались почти всенародной поддержкой.

Ожесточённый бой в Доме радио и вокруг него продолжался всю ночь. Начальник Главного управления полиции Будапешта подполковник Шандор Копачи распорядился в повстанцев не стрелять, в их действия не вмешиваться. Он безоговорочно выполнил требования собравшейся перед управлением толпы об освобождении заключённых и снятии красных звёзд с фасада здания.

1956 execution by hungarian freedom fighters of young officers of the secret police budapest 1956 by john sadovy«Закончив, т. Хрущев задал вопрос, что, по моему мнению, нужно сейчас предпринять. Он сразу спросил, есть ли, по моей оценке, необходимость во вмешательстве советских войск. Я об этом думал уже во время его информации и без малейшего колебания тут же заявил, что необходимость в этом, безусловно, имеется и притом самая незамедлительная... В связи с этим встал вопрос о том, что для вмешательства советских частей, безусловно, нужна просьба венгерского правительства. Я считал, что правительство об этом попросит, но значительная часть товарищей не была убеждена в этом. Помню, как Каганович, как бы размышляя вслух, сказал: если они не попросят нас о помощи, тогда они самая последняя дрянь...

Товарищ Хрущев тут же вызвал Будапешт, где к телефону подошел товарищ Герё. В короткой беседе товарищ Герё дал кое-какую информацию об обстановке, без всяких деталей говоря о ее сложности. Товарищ Хрущев сообщил ему, что еще ночью туда прибудет товарищ Микоян... В заключение он сообщил, что Советский Союз окажет любую военную поддержку в борьбе против контрреволюционеров, но об этом должна быть официальная просьба венгерского правительства. Насколько можно было понять из телефонного разговора, когда слышен лишь один из собеседников, ответы Герё звучали положительно... Когда, однако, мы спросили товарища Хрущева о деталях разговора, он, задумавшись, ответил, что ответ тов. Герё был не совсем понятным...»

/Из воспоминаний Матьяша Ракоши, присутствовавшего вечером 23 октября в Кремле на заседании Президиума ЦК КПСС, посвященном событиям в Венгрии/

В 23 часа на основании решения Президиума ЦК КПСС начальник Генштаба Вооружённых сил СССР маршал В.Д. Соколовский приказал командиру Особого корпуса начать выдвижение в Будапешт для оказания помощи венгерским войскам «в восстановлении порядка и создания условий для мирного созидательного труда». Соединения и части Особого корпуса прибыли в Будапешт к 6 часам утра и вступили в бои с повстанцами.

Ночью 23 октября 1956 года руководством Венгерской коммунистической партии было принято решение назначить премьер-министром Имре Надя, уже занимавшего этот пост в 1953—1955 годах, отличавшегося реформаторскими взглядами, за которые он был репрессирован, но незадолго до восстания реабилитирован. Несколько часов спустя, 24 октября 1956 года бывший премьер-министр Андраш Хегедюш в письменном виде от имени правительства Венгрии обратился с официальной просьбой к СССР о введении советских войск.

1434056380 5На местах власть перешла к стихийно возникшим революционным и национальным комитетам, на предприятиях — к рабочим советам, и к концу октября в Венгрии фактически победила демократическая революция. Лозунги ее повергли советских лидеров в шок: мадьяры требовали восстановления национального суверенитета (вывода советских войск!) и свободных выборов на многопартийной основе. Под ногами наследников Сталина, свято веривших в неколебимость социалистического блока, земля заходила ходуном.

 «…23 октября 1956 года. Около 10 вечера в Президиуме по-прежнему нет единства по вопросу о вооруженном вмешательстве. Резко против выступает Микоян. Он ссылается на неподготовленность акции и возможную острейшую реакцию венгров».

/Протоколы заседаний Президиума ЦК КПСС/

И время быстро докажет его правоту: когда на рассвете 24 октября советские части вошли в Будапешт, внутривенгерская политическая борьба немедленно приняла национально-освободительный характер. Тогда, 23-го, в Кремле возобладала точка зрения «ястребов». Это неудивительно. Удивительно другое: очень скоро они будут вынуждены сами отступиться от нее!

  • 1434056440 4
  • 453 Copy 2 F  Mu19561025014

В ночь на 24 октября в Будапешт были введены около 6000 военнослужащих Советской армии, 290 танков, 120 БТР, 156 орудий. Часть венгерских военнослужащих и полицейских перешли на сторону восставших.

Во всем Будапеште в распахнутых окнах появились приёмники — в 12:10, без предупреждения, заговорил премьер-министр: «Говорит Имре Надь, Председатель Совета министров Венгерской Народной Республики. Жители Будапешта! Сообщаю вам, что все те, кто во избежание дальнейшего кровопролития сегодня до 14 часов прекратит борьбу и сложит оружие, не будут преданы чрезвычайному суду». Призвав население к спокойствию, премьер-министр продолжал: «Первоочередная и самая главная задача сейчас — срочно нормализовать положение. После этого мы и обсудим с вами все вопросы. Ведь правительство и большинство венгерского народа хотят одного и того же. Рассчитывая на общее для всех высокое чувство ответственности за судьбы нации, призываю вас, всех венгров и венгерок — молодёжь, рабочих, крестьян, интеллигенцию, — сохранять мужество и спокойствие, противостоять провокациям, оказывать помощь и поддержку органам правопорядка». В заключение Имре Надь сказал: «Сплачивайте ряды вокруг партии и правительства! Верьте, что, избавившись от ошибок прошлого, мы найдем верный путь к процветанию нашей родины».

В Будапешт прибыли члены Президиума ЦК КПСС А.И. Микоян и М.А. Суслов, председатель КГБ И.А. Серов, заместитель начальника Генштаба генерал армии М.С. Малинин.

Кровавый четверг

Убитый советский офицер Будапешт 56Утром 25 октября к городу подошла 33-я гвардейская механизированная дивизия, вечером — 128-я гвардейская стрелковая дивизия, влившиеся в Особый корпус.

Днем 25 октября на площади Лайоша Кошута во время многотысячной манифестации у парламента произошёл инцидент: с верхних этажей был открыт огонь, в результате чего погиб советский офицер и был сожжён танк. Событие, о котором находившиеся в Будапеште Микоян и Суслов немедленно сообщили в Москву, подлило масла в уже разгоревшийся огонь вооруженного восстания.

25 октября 1956 г. 

(Строго секретно, вне очереди) 

Сегодня, 25 октября, после успокоения положения к утру, в середине дня вновь положение в Будапеште осложнилось. На парламентской площади собралась огромная толпа, которая на требования советских военных отказывалась расходиться. К тому же по советским войскам было сделано несколько выстрелов с крыш прилегающих домов и был зажигательной бутылкой зажжен танк. В результате всего этого был открыт огонь и, как сообщают, было убито 60 человек венгров, не считая раненых.

Кроме того, у здания самого ЦК ВПТ на глазах у т. Серова разгорелась перестрелка между советскими танкистами и венгерской ротой, прибывшей для усиления охраны здания ЦК. Танкисты заподозрили в прибывших повстанцев. В перестрелке убито 10 человек из венгерской роты и 1 тяжело ранен. Это произошло, когда мы заседали с венгерскими товарищами в ЦК, причем пулеметчик советского танка дал очередь из крупнокалиберного спаренного пулемета по окнам зала заседания. Посыпалась штукатурка, что вызвало панику среди венгерских руководящих работников, и они перебрались в подвал, который, однако, оказался не готовым для работы в нем, после чего снова вернулись наверх и продолжали работать. Эти два случая сильных перестрелок усилили возбуждение в городе, по улицам во второй половине дня дефилировали мирные демонстранты с национальными и траурными флагами...

/Телеграмма А.И. Микояна и М.А. Суслова из Будапешта в ЦК КПСС/

Генерал-лейтенант Е.И. Малашенко так вспоминает об этом инциденте:

«Многие подошли к стоявшим здесь танкам, забирались на них и втыкали знамена в стволы орудий.

С чердаков зданий, находящихся на площади против парламента, был открыт огонь по демонстрантам и советским военнослужащим. Два венгерских танка, сопровождавшие демонстрантов, сделали несколько выстрелов и исчезли. Командир одного из наших подразделений был убит».

  • Vosstanie Ili Kontrrevoljucija Sobytija V Vengrii 1956 Goda Ridus Opera
  • 1312478595 16
  • 1312478568 11
  • 1d2deb9dc3a4ed8b63d6795b35e1291a
  • 456 Copy 2 F  Ai19561031059

В ответ на это советские войска открыли огонь по манифестантам, в результате было убито 60 безоружных человек и 284 было ранено.

Расстрел на площади Кошута, вошедший в историю как «кровавый четверг», произошел, однако, не из-за провокации (которая, по свидетельству многих очевидцев, тоже имела место), а потому что митингующие… «вступили в дружественный контакт» с советскими танкистами, охранявшими парламент! Экипажи нескольких советских машин, не желая «стрелять в братьев-трудящихся», позволили водрузить на свои машины трехцветные венгерские флаги и даже братались с демонстрантами. В ЦК венгерской правящей партии, где с 9 утра шло заседание Политбюро с участием Микояна и Суслова, была принята следующая информация: «Тов. Илона Виг из V района докладывает: мимо Университета им. Этвеша сотни людей, студенты с национальными флагами движутся к парламенту. С ними советские танки. 4 советских танка перешли на их сторону, говорят, что не будут стрелять в рабочих. Молодежь забралась на танки…»

По-видимому, после этого советские войска получили приказ о разгоне митинга. Кто конкретно его отдал, до сих пор неизвестно, в открытых архивах документы отсутствуют. Ясно одно — Москва смертельно испугалась массового разложения, неповиновения своих частей в Венгрии. Бойня началась в 11 утра и длилась всего 20 минут. Согласно отчету Суслова, срочно вызванного 28 октября на заседание Президиума ЦК КПСС, «был открыт огонь. 70 убитых из населения». А в архиве Министерства обороны Венгрии сохранился рапорт начальника Генштаба генерал-майора Л. Тота, где о событиях 25 октября сказано: «Советские войска получили приказ ликвидировать демонстрацию у парламента. И они его выполнили...»

Историк Ласло Контлер пишет, что «по всей вероятности, огонь вели сотрудники спецслужб, скрывавшиеся на крышах ближайших зданий», при этом было убито почти 100 демонстрантов».

Информация об этом массовом убийстве ожесточила людей: больше всего досталось сотрудникам венгерских спецслужб — некоторых из них повстанцы линчевали прямо на улицах.

26 октября 1956 года правительство Венгрии объявило амнистию всем участникам антиправительственных выступлений, которые сложат оружие до 22:00, однако восставшие отклонили это предложение.

Столкновения продолжались целый день.

27 октября Эрнё Герё был заменён на посту первого секретаря ЦК ВКП Яношем Кадаром и уехал в ставку советской Южной группы войск в Сольноке. Однако эта кадровая замена была произведена слишком поздно и никакого влияния на события не оказала. Имре Надь выступил по радио, обращаясь к воюющим сторонам с предложением прекратить огонь. Местные партийные органы власти разбегались, а на их местах возникало стихийное народное самоуправление — рабочие комитеты на предприятиях и революционные комитеты как местные административные структуры.

  • 1312478544 38
  • 1312478547 33
  • 1312478572 34
  • 1312479800 40
  • Tank On Corvin Koz Street. Будапешт осень 56
  • Будапешт 56. Сов. танк с сорванной башней

Как показывают записи заседаний Президиума ЦК, 25—27 октября в Кремле еще ожесточенно спорят, колеблются между двумя сценариями. Первый, исходивший от Надя, предлагал пойти на уступки массовому движению, попытавшись таким путем укрепить позиции власти. Второй — был нацелен на завершение начатого: беспощадно подавить «мятеж» и заменить правительство (позиция Ворошилова и Молотова).

«Не располагавшие четкой диспозицией, не знавшие города, лишенные поддержки пехоты, советские танкисты и их машины стали легкой добычей повстанцев, вооруженных бутылками с горючей смесью, во всем мире известной под ироническим названием «коктейль Молотова». За первые четыре дня боев советские войска потеряли около 300 человек убитыми; сил для наведения порядка в двухмиллионном Будапеште не хватало. Уже 24 октября ряд важных объектов оказался в руках вооруженных групп повстанцев. Полиция бездействовала, целые подразделения переходили на сторону восставших. Словно парализованные, замерли и лидеры страны — Надь с Кадаром. Потеряла остатки авторитета компартия, включая и реформаторское крыло...»

/Протоколы заседаний Президиума ЦК КПСС/

28 октября чаша весов склоняется в сторону уступок. «Занять позицию поддержки нынешнего правительства, — выразил Булганин мнение, поддержанное Хрущевым, Жуковым, Шепиловым, — иначе оккупацию надо проводить. Это нас втянет в авантюру». С оговорками согласился «выразить доверие» Надю и Молотов. Последним сдался Ворошилов, в словах которого слышалась скорее паника, чем убежденность: «Если бы хоть группа создалась, могли бы оставить войска. Не на кого опираться. Иначе война».

В этот день, согласовав свои действия с Москвой, премьер-министр ВНР выступил с программным заявлением по радио: он признал народное возмущение справедливыми и назвал события в Венгрии «революцией», а также заявил, что «правительство осуждает взгляды, в соответствии с которыми нынешнее народное движение рассматривается как контрреволюция». Правительство объявило о прекращении огня, роспуске Венгерской Народной Армии и создании новых вооружённых сил, прекращении деятельности ВПТ, а также о начале переговоров с СССР о выводе советских войск из Венгрии.

29 октября Имре Надь упразднил ненавстное AVH. Бои на улицах прекратились, и впервые за прошедшие пять дней на улицах Будапешта воцарилась тишина.

30 октября было принято решение вывести все советские части из Будапешта.

Утром все советские войска были уведены в места дислокации. Улицы венгерских городов остались практически без власти. Некоторые тюрьмы, ассоциировавшиеся с репрессивной AVH, были захвачены повстанцами. Охрана сопротивления практически не оказывала и частично разбежалась.

  • 1312478504 2
  • 1312478505 10
  • 1312478515 13
  • 1312478540 15
  • 1312478560 7
  • 450 Copy 2 F   B19561026006
  • Убийство коммуниста. Будапешт 56
  • 34ec218b 1

Происходили тогда в ВНР эксцессы и иного рода — ведь народные возмущения неизбежно высвобождают потенциал зла и слепого насилия. Октябрь 1956-го, когда в движение пришли сотни тысяч людей, разных по убеждениям и намерениям, явил миру случаи дикого самосуда и кровавых расправ над людьми, зачастую совсем неповинными в ужасах сталинизма и ракошизма. Впоследствии эти случаи, прежде всего кровавую драму, происшедшую 30 октября на площади Республики, не раз описывали — часто тенденциозно. «В Будапеште вешали коммунистов!» — этой фразой советская пропаганда на протяжении десятилетий оправдывала действия СССР в то время. Действительно, жертвами самосуда с 25 по 31 октября в Будапеште и других городах Венгрии стало не меньше 28 человек, в том числе 23 служащих госбезопасности, три офицера армии и милиции, а также двое гражданских членов венгерской коммунистической партии. И все же вторжение в Венгрию было мотивировано не этим, да и законности советскому вооруженному вторжению подобные акции не прибавляли.

Среди повстанцев царили победные настроения, подогреваемые еще и тем, что радио Свободная Европа, вещающее из Мюнхена, уверяло: США окажут военную помощь венграм в случае необходимости. Истинные намерения Москвы не были ведомы никому.

Казалось, в кремлевском обсуждении венгерской темы наступил окончательный перелом. Советское руководство решило: восстание не оставляет иного пути, кроме полного вывода войск из Венгрии и пересмотра системы отношений со странами соцлагеря.

Хрущев: Принять Декларацию сегодня о выводе войск из стран народной демократии (обсудить эти вопросы на сессии Варшавского пакта) с учетом мнения той страны, в которой наши войска находятся… Один документ к венграм, другой — к участникам Варшавского пакта... 

Шепилов: Ходом событий обнаружился кризис наших отношений со странами народной демократии. Антисоветские настроения широки. Глубинные причины вскрыть. Основы остаются незыблемыми. Устранить элементы командования, не дать сыграть на данной ситуации, ряд мер продумать в наших отношениях. Декларация — первый шаг. Обращение к венграм делать не следует. О вооруженных силах: мы стоим на принципах невмешательства. С согласия правительства Венгрии мы готовы вывести войска. Придется долго вести борьбу с национал-коммунизмом. 

Жуков: Согласен с высказанным соображением т. Шепилова. Главное, решить в Венгрии. Антисоветские настроения широки. Вывести войска из Будапешта, если потребуется — вывести из Венгрии.

/Из протокольной записи заседания Президиума ЦК КПСС от 30 октября 1956 года/

Вечером 30 октября появился один из самых загадочных документов хрущевской эпохи — Декларация Правительства СССР об основах взаимоотношений с социалистическими странами. Ход ее обсуждения в Президиуме ЦК показывает: «дух XX съезда» имел некоторый, хоть и зыбкий, шанс возобладать в советской внешней политике. В декларации, переданной по радио тем же вечером, говорилось:

«В целях обеспечения взаимной безопасности социалистических стран Советское Правительство готово рассмотреть с другими социалистическими странами — участниками Варшавского договора — вопрос о советских войсках, находящихся на территориях указанных выше стран».

Документ расценивал события в Венгрии как «справедливое и прогрессивное движение трудящихся», к которому примкнули и реакционные силы.

Декларация могла радикально изменить ситуацию в мире, и это сразу поняли в Вашингтоне. На совещании в Белом доме шеф ЦРУ Аллен Даллес заметил: «это публичное заявление — одно из самых серьезных, какие только поступали из Советского Союза со времен окончания Второй мировой войны». Эйзенхауэр усомнился в искренности намерений Советов, но и он был готов к встречным шагам. По мнению американского президента, одним из возможных ответов мог быть вывод сухопутных войск США из Западной Германии.

Мушкетёры Суэца. 1956. Англ. аквалангисты в ЕгиптеСобытия в Будапеште тем временем развивались с головокружительной быстротой. 30 октября Надь объявил о ликвидации однопартийной системы и возрождении коалиционной формы правления, каковая действовала в Венгрии сразу после войны. Шансы удержать страну в орбите советского влияния таяли на глазах. Вдобавок днем раньше Израиль атаковал Египет, и 31 октября к этому нападению присоединились французы и англичане; причем американцы совершенно не ожидали этой акции. Действия европейцев раскололи Запад, и Кремль, по выражению биографа президента США Эйзенхауэра Стива Амброза, теперь заметался между надеждой и страхом: надеждой, что Суэцкий кризис приведет к развалу НАТО, и страхом, что события в Венгрии приведут к развалу Варшавского договора.

Агрессия против Египта, несомненно, развязывала руки советскому руководству для более решительных действий. Не последнюю роль сыграло и внезапное «просветление», снизошедшее на зарубежных коммунистических лидеров. Например, вечером 30 октября делегация ЦК Коммунистической партии Китая, находившаяся в СССР, вдруг предложила «не выводить войска из Венгрии». Пересмотрев свою оценку событий, Мао Цзэдун (который как раз поначалу очень приветствовал декларацию в надежде ослабить позиции СССР в соцлагере) счел, что события в Венгрии приобретают не только антисоветскую, но и антикоммунистическую направленность. Тогда же из Рима прилетела паническая телеграмма от лидера итальянских коммунистов Пальмиро Тольятти. Он высказывал убеждение, что события в Венгрии могут развиваться дальше только в реакционном направлении.

В общем, 31 октября, на ходу развивая новый сценарий, Хрущев выступил с предложением: оценку ситуации в Венгрии пересмотреть. Войска — не выводить и довести до победного конца инициативу в «наведении порядка».

Смысл предложения, поддержанного членами Президиума почти так же единодушно, как днем раньше было поддержано прямо противоположное, сводился к созданию нового правительства. Как быть с кабинетом Надя? Пригласить его правительство в максимально полном составе на переговоры о выводе войск «и решить вопрос» (то есть всех арестовать!)? А если премьер испугается и согласится на все условия, «ввести его зампремьером».

Венгерское правительство 1 ноября, когда советским войскам было приказано не покидать расположения частей, приняло решение о выходе Венгрии из Варшавского договора и вручило соответствующую ноту посольству СССР. Одновременно Венгрия обратилась в ООН с просьбой о помощи в защите суверенитета.

Вечером 1 ноября в Посольство СССР были тайно приглашены два министра правительства Надя — Ференц Мюнних и Янош Кадар. После разговора с Андроповым они сели в БТР и на следующее утро с советской военной базы вылетели в Москву.

1—3 ноября 1956 года в поддержку проведения военной операции в Венгрии высказались представители правительств ГДР, Чехословакии, Болгарии и делегация ЦК КП Китая. 1 ноября советские руководители встретились в Польше с польским и восточногерманским, а в Румынии с румынским, чехословацким и болгарским руководством. 2 ноября делегация вылетела в Югославию. Хрущев склонялся в пользу назначения на главный пост в ВНР Мюнниха, с которым был хорошо знаком, однако по совету маршала Тито, на переговорах 2 ноября благословившего советскую интервенцию, все же остановил выбор на Кадаре. Последний, по мнению «тигра Балкан», казался фигурой более самостоятельной и походил на ставленника Москвы меньше, чем Мюнних, большую часть жизни проживший в СССР.

3 ноября ночью командир Особого корпуса генерал-лейтенант П.Н. Лащенко, в соответствии с приказом Главнокомандующего Объединёнными Вооружёнными Силами государств-участников Варшавского Договора маршала Советского Союза И.С. Конева, отдал приказ командирам 2-й и 33-й гвардейских механизированных дивизий, 128-й гвардейской стрелковой дивизии, приданным и поддерживающим частям о начале штурма Будапешта 4 ноября в 05:50. Примерно в это же время командующий 8-й механизированной армией генерал-лейтенант А.Х. Бабаджанян отдал приказ командирам соединений и частей по разоружению венгерских воинских гарнизонов и захвату назначенных объектов 4 ноября в 06:15. Аналогичный приказ командирам подчинённых ему соединений и частей отдал и командующий 38-й общевойсковой армией генерал-лейтенант Х.М. Мамсуров.

В Тёкёле под Будапештом, прямо во время проведения переговоров, был применен испытанный прием «серовской дипломатии» (весной 1945 года, будучи заместителем Берии в НКВД, он сумел заманить в западню псевдопереговоров почти всю верхушку польской Армии Крайовой — соперницы коммунистов по антифашистскому сопротивлению) – в ночь на 4 ноября точно таким же способом, за несколько часов до начала новой, завершающей операции по захвату Будапешта, генерал Серов, теперь уже председатель КГБ СССР, обезглавил военное руководство правительства Надя, явившееся во главе с министром обороны генералом Малетером на инсценированные переговоры в штаб Особого корпуса Советской Армии в окрестностях Будапешта.

250px ImreNagy

Имре Надь (1896—1958)

Oдин из самых трагических и до сих пор противоречиво оцениваемых исторических деятелей венгерской истории XX века. Активный участник коммунистического движения 1920— 1930-х годов, один из лидеров Венгерской компартии после 1945 года, премьер-министр Венгрии в 1953—1955 годах. Демократическая революция в октябре 1956 года вознесла Имре Надя, уже отставного политика, на вершину власти, а советское вторжение устранило его с этого поста и, в конечном счете, вместе с несколькими соратниками привело на виселицу. Незадолго до распада СССР, когда в Венгрии происходила реабилитация Надя, советские спецорганы, пытаясь сорвать неудержимый процесс перемен, приложили немалые усилия для его новой дискредитации. В частности, они передали венграм сомнительные документы о негласном сотрудничестве будущего премьера с НКВД в 1930-е.

Рано утром 4 ноября начался ввод в Венгрию новых советских воинских частей под общим командованием маршала Г. К. Жукова, и началась советская операция «Вихрь». Главнокомандующим Объединёнными вооружёнными силами был прибывший специально в Венгрию маршал Иван Конев. Наряду с усиленным дополнительными (танковыми, десантными и артиллерийскими) частями Особым корпусом, получившим приказ овладеть Будапештом, были задействованы введенные из Прикарпатья Восьмая гвардейская механизированная и 38-я армии под командованием генерал-лейтенантов Бабаджаняна и Мамсурова. Всего в операции «Вихрь» участвовало более 15 танковых, механизированных, стрелковых и авиадивизий, 7-я и 31-я воздушно-десантные дивизии, железнодорожная бригада – общей численностью более 60 тысяч человек. На их вооружении имелось свыше 3000 танков (причём в войсках преобладали более современные Т-54).

Официально советские войска вторглись в Венгрию по приглашению правительства (созданного в спешном порядке в Москве), главой которого был назначен Янош Кадар. Были захвачены основные объекты в Будапеште. По захваченной венгерской радиостанции отправляется радиограмма: «Переговоры продолжаются. В соответствии с договоренностью советские войска начали передислокацию. Огонь не открывать. Малетер».

На рассвете 4 ноября, после начала штурма, Имре Надь обратился по радио к населению страны, призвав народ оказывать пассивное сопротивление «оккупационным войскам и марионеточному правительству». Сам же он вместе с группой сторонников воспользовался убежищем, предоставленным ему югославским посольством (о чем Хрущев заранее договорился с Тито, конечно, — сложная игра!) однако категорически отказался сложить полномочия. В результате Кадар и несколько министров его самопровозглашенного правительства, доставленные утром 6 ноября в Будапешт на советских бронетранспортерах, оказались не только в изоляции от собственного народа, но и в ситуации двоевластия, спутавшей кремлевским сценаристам все карты.

Основная задача заключалась теперь уже не в демонстрации силы, как 23 октября, а в подавлении вооруженных групп повстанцев и верных Надю регулярных частей. Венгры вышли защищать свои города. Но силы были неравными. У повстанцев просто не было достаточного количества оружия.

Большинство венгерских солдат и офицеров в боях не участвовали. Командиры, осознавая огромный перевес противника в численности и технике, во избежание бессмысленного кровопролития отдавали приказы о разоружении. При этом в первые дни этой "братской" войны сдались в плен советской армии 13 генералов и более 300 сотрудников Министерства обороны. За несколько дней советские войска заняли города Сольнок, Дьер, Дебрецен, Мишкольц. Они разоружили пять венгерских дивизий и пять полков — более 25 тыс. военнослужащих. Также оккупанты захватили всю авиацию на аэродромах.

Однако вооруженные столкновения в самом Будапеште продолжались до 10 ноября, когда на острове Чепель при поддержке артиллерии и авиации был уничтожен последний крупный очаг сопротивления. При этом сопротивление советским войскам оказали лишь три полка венгерской армии, 10 зенитных батарей и несколько строительных батальонов.

Советские войска наносили артиллерийские удары по очагам сопротивления и проводили последующие зачистки силами пехоты при поддержке танков. Основными центрами сопротивления стали рабочие пригороды Будапешта. Эти районы города подверглись самым массированным артобстрелам. В центре города советские войска встретили упорное сопротивление. Им пришлось применять огнемётное оружие, зажигательные и дымовые снаряды. Значительно были усилены штурмовые группы.

  • 1312478535 58
  • 1312478572 6
  • 1312478574 46
  • 1312478575 8
  • 1312478581 36
  • 1312478602 45
  • 1312478608 39
  • 1312478617 56

Против восставшего Будапешта были брошены войска общей численностью 31550 солдат и офицеров при поддержке венгерских рабочих дружин (25 тысяч) и венгерских органов государственной безопасности (1,5 тыс.).

Всего в операции принимало участие:

• личный состав — 31550 человек
• танков и САУ — 1130
• орудий и миномётов — 615
• зенитных орудий — 185
• БТР — 380
• автомобилей — 3830

К 8 ноября, после ожесточённых боёв, были уничтожены последние очаги сопротивления восставших.

10 ноября рабочие советы и студенческие группы обратились к советскому командованию с предложением о прекращении огня. Вооружённое сопротивление прекратилось. Остатки вооружённых отрядов ушли в подполье. Для ликвидации групп, укрывшихся в прилегающих к Будапешту лесах, производилось прочёсывание этих районов. Окончательная ликвидация оставшихся мелких групп и обеспечение общественного порядка осуществлялись совместно с венгерскими офицерскими полками.

После 10 ноября ещё до середины декабря рабочие советы продолжали свою работу, нередко выходя на прямые переговоры с командованием советских частей. Однако к 19 декабря 1956 года органами государственной безопасности рабочие советы были разогнаны, а их лидеры арестованы.

На плечи Кадара, согласившегося возглавить новое правительство и тем самым придать интервенции видимость законности, легла непосильная задача: реорганизовать власть. По всему выходило, что без репрессий никак не обойтись, но ни новый премьер, ни маленькая компания его сторонников, на словах то и дело разоблачавших «беззакония клики Ракоши», не были к ним готовы. В политическом плане работу по «наведению порядка» координировали и направляли представители Президиума ЦК КПСС — Маленков, Суслов и секретарь ЦК Аристов, с середины ноября до начала декабря 1956 года также работавшие в Будапеште — неофициально.

После подавления восстания начались массовые аресты: всего спецслужбы Венгрии и их советские коллеги арестовали около 5000 венгров (846 из них были отправлены в советские тюрьмы), из них «значительное количество членов ВПТ, военнослужащих и студенческой молодёжи».

Архивные документы свидетельствуют: в первые недели после 4 ноября 1956 года кадаровскому руководству усиленно и с нажимом внушалось — способ, приведший его к власти, не оставляет возможности обойтись малой кровью и прикрыться фиговым листком «сохранения демократических преобразований». Венгров в те дни уже активно депортировали в советские тюрьмы, а Хрущев с негодованием это отрицал.

14 ноября 1956 г.: Сегодня в течение всего дня к нам неоднократно звонили товарищи Кадар и Мюнних (каждый в отдельности), которые сообщили, что советские военные власти отправили в Советский Союз (в Сибирь) эшелон венгерской молодежи, принимавшей участие в вооруженном мятеже. Кадар и Мюнних заявили в связи с этим, что они не одобряют подобных действий с нашей стороны, поскольку эти действия вызвали якобы всеобщую забастовку венгерских железнодорожников и ухудшили внутриполитическое положение в стране в целом. Сегодня вечером будапештское радио им. Кошута передало тенденциозное сообщение о вывозе венгерской молодежи в Сибирь.

Тов. Мюнних обратился с просьбой, чтобы командование советских войск сделало официальное заявление в печати о том, что оно никого не вывозило и не будет вывозить из Венгрии в СССР. С нашей стороны т. Мюнниху было сказано, что мы выясним этот вопрос и завтра сообщим ему ответ.

В действительности сегодня, 14 ноября, был отправлен на станцию Чоп небольшой эшелон с арестованными, следственные дела на которых оформлены как на активных участников и организаторов вооруженного мятежа. Эшелон проследовал границу. При передвижении эшелона заключенные на двух станциях выбросили в окно записки, в которых сообщали, что их отправляют в Сибирь. Эти записки были подобраны венгерскими железнодорожниками, которые сообщили об этом в правительство. По нашей линии дано указание впредь арестованных отправлять на закрытых автомашинах под усиленным конвоем.

Завтра при встрече с т. Мюннихом т. Серов имеет в виду сказать ему, что ввиду отсутствия в Венгрии достаточно подготовленной для содержания заключенных тюрьмы, где можно было бы обеспечить проведение объективного следствия, мы имели в виду небольшую группу арестованных разместить в помещении, близрасположенном от советско-венгерской границы.

Серов, Андропов

/Телефонограмма И.А. Серова и Ю.В. Андропова из Будапешта в ЦК КПСС/

andropov

Юрий Андропов в Будапеште

Тогдашний посол СССР в Венгрии внес немалую лепту в развитие событий по самому жесткому сценарию. Вот признание генерал-лейтенанта Е.И. Малашенко, в 1956 году бывшего и. о. начальника штаба Особого корпуса Советской Армии в Венгрии: «Выступая перед руководящим составом наших войск в Секешфехерваре накануне июльского пленума ЦК Венгерской партии трудящихся, он рассказал о сложной обстановке в партии и в стране, о наличии оппозиции и враждебных настроений. […] сказал, что венгерское руководство может обратиться к нам за помощью. Теперь, через много лет, мне кажется, что некоторые инициативы в оказании помощи венгерскому правительству исходили именно от Ю.В. Андропова». Заслуги Андропова были оценены в Кремле высоко. Успешное подавление венгерского «бунта» стало трамплином в его успешной политической карьере. В марте 1957 года он уже возглавлял один из важнейших отделов ЦК КПСС, присматривавших за порядком в «соцлагере». Путь Андропова на вершину партийного олимпа был долог, но начался он именно в Будапеште, осенью 1956-го.

В общей сложности, по сообщению Серова, «небольшая группа арестованных», отправленная в первой половине ноября в тюрьмы Ужгорода, Стрыя, Станислава и Дрогобыча, составила 860 человек, в том числе 68 несовершеннолетних. Впрочем, справедливости ради нужно отметить, что кампания «возмездия» за 1956 год по-настоящему развернулась уже после отъезда советских эмиссаров, основная задача которых состояла в том, чтобы помочь марионеточному венгерскому руководству возродить партию и собственные структуры безопасности. В середине декабря в Венгрии открыли лагеря для интернированных и ввели институт чрезвычайного судопроизводства (единственной мерой, которую мог назначить чрезвычайный суд, была смертная казнь).

Премьер-министр Имре Надь и члены его правительства 22 ноября 1956 года были обманным путём выманены из посольства Югославии, где они укрывались, и заключены под стражу на территории Румынии. Вся акция была заранее согласована с Москвой и Бухарестом, югославы были в курсе договоренности, хотя позднее протестовали в связи с вывозом Надя и членов правительства в Румынию. Затем они были возвращены в Венгрию, и над ними состоялся суд. Имре Надь и бывший министр обороны Пал Малетер были приговорены к смертной казни по обвинению в государственной измене. Имре Надь был повешен 16 июня 1958 года. Всего было казнено, по отдельным оценкам, около 350 человек. Около 26000 человек подверглось судебному преследованию, из них 13000 было приговорено к различным срокам заключения, однако к 1963 году все участники восстания были амнистированы и освобождены правительством Яноша Кадара. Свыше 180 тысяч человек эмигрировали.

После падения социалистического режима Имре Надь и Пал Малетер были торжественно перезахоронены в июле 1989 года. С этого времени Имре Надь объявлен национальным героем Венгрии.

По данным статистики, в связи с восстанием и боевыми действиями в период с 23 октября по 31 декабря 1956 года погибло 2652 венгерских гражданина и было ранено 19 226.

Потери Советской армии, по официальным данным, составили 669 человек убитыми, 51 пропавшими без вести и 2260 ранеными. Общее количество потерянной боевой техники неизвестно.

  • 2-я гв. МД, первой вступившая в восставший Будапешт, 24 октября 1956 года потеряла 4 танка.
  • 33-я МД в ходе операции «Вихрь» потеряла 14 танков и САУ, 9 бронетранспортёров, 13 орудий, 4 реактивные системы залпового огня, 6 зенитных орудий и другую технику, а также 111 военнослужащих.

Маршал Г. К. Жуков «за подавление венгерского контрреволюционного мятежа» получил 4-ю звезду Героя Советского Союза. Всего, звание Героя Советского Союза было присвоено 25 советским военнослужащим (13 из них получили это звание посмертно).

Председатель КГБ при Совете министров СССР И. С. Серов в декабре 1956 был награждён орденом Кутузова 1-й степени.

За участие в подавлении антиправительственного мятежа 40 офицеров Венгерской Народной армии были награждены орденами Венгерской Народной Республики, свыше 9 тыс. военнослужащих ВНА были награждены медалями. Отличившийся в ходе боевых действий 37-й стрелковый полк, которым командовал майор Имре Ходошан, был преобразован в Будапештский революционный полк.

Жертвами «Будапештской осени» стали не только повстанцы, но и сотни безоружных манифестантов, кровь которых пролилась и на площади имени Кошута у парламента (расстрел 25 октября), и в провинции. В одном только Шалготарьяне, где 8 декабря более 4 тыс. человек вышли на демонстрацию, требуя отпустить двух задержанных ранее рабочих, советские каратели расстреляли свыше 130 демонстрантов, в том числе женщин и детей.

Такова была цена относительно быстрой «нормализации обстановки».

Согласно резолюции 120 Совета Безопасности ООН (не поддержанной Советским Союзом), 4—10 ноября 1956 года была созвана 2-я чрезвычайная специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН. Она приняла ряд резолюций, призывавших СССР, в частности, немедленно прекратить «вооружённые нападения на народ Венгрии» и «всякую форму вмешательства, особенно вооружённого вмешательства, во внутренние дела Венгрии».

12 декабря 1956 года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию 1131 (XI), в которой осудила «нарушение Устава правительством Союза Советских Социалистических Республик, лишающим Венгрию её свободы и независимости, а венгерский народ — пользования своими основными правами», и призвала советское правительство «принять незамедлительно меры к выводу из Венгрии, под наблюдением Организации Объединённых Наций, своих вооружённых сил и позволить восстановление политической независимости Венгрии». За резолюцию проголосовали 55 стран, против — 8, ещё 13 воздержались.

Внутриполитическая ситуация в самом СССР тоже обострилась: страх перед развитием событий по «венгерскому образцу» охладил и без того скудный реформаторский потенциал «хрущевцев». Процесс десталинизации общества пошел на спад. Существенно ослабло положение самого Никиты Хрущева, а критика «курса XX съезда» с ортодоксальных позиций — усилилась, возникла реальная внутрипартийная оппозиция, которая и выступила совершенно открыто — в июне 1957-го.

Для РФ как преемницы СССР история на этом не закончилась. Российские историки, склонные оправдывать даже малоприятные события советского прошлого, заявили, что сценарий венгерской революции писался в американском ЦРУ. Якобы в Соединенных Штатах опасались ядерного усиления СССР, которому не хватало собственного урана. Зато в недрах Венгрии и Чехословакии его было в избытке. Поэтому власти США сделали попытку увести эти страны из-под влияния Союза. Однако за пределами России сторонников этой теории "уранового заговора" нет.


Источники:

Википедия Свободная энциклопедия

Вячеслав Середа «Будапешт: осень красного цвета»

Как Кремль подавил Венгерское восстание 1956-го

Советские танки в Будапеште

Контакти

З питань організації навчань:

  • Email : Ця електронна адреса захищена від спам-ботів. Вам потрібно увімкнути JavaScript, щоб побачити її.
  • Святослав : (+38) 095-577-7084 
  • Вітер : (+38) 050-382-0842

З питань щодо роботи сайту та форуму:

  • Email : Ця електронна адреса захищена від спам-ботів. Вам потрібно увімкнути JavaScript, щоб побачити її.

Інформація

ДОПОМОГТИ ПРОЕКТУ
На сайті 49 гостей та користувачі відсутні
Перегляди статей
2044660